Шаманизм и тарантино. Аутбридинг

С 26 ноября по 2 декабря в Псковском театре драмы проходил фестиваль «Потапов-фест»

Якутский театр словно не до конца успел потерять свой синкретизм, его мысль не формируется без песни, танца, условного жеста, ритмичной звукописи родного языка. Внебытовое существование для актеров органично, выявление на сцене мистических сил естественно. «Потапов-фест» дал возможность погрузиться в магически уникальную культуру. Энергетика этих людей захватывает, все шесть дней казалось, что ты уже не в Пскове, а на якутской земле, что за углом Театра драмы всхрапывают олени, а воздух еще хранит многовековые отзвуки Олонхо.

Пресс-конференция.
Фото — архив фестиваля.

Сергей Потапов  — режиссер продуктивный и разнообразный. В его послужном списке не только спектакли, но и фильмы. Фильмы С. Потапова участвовали в международных кинофестивалях, хотя сам режиссер утверждает, что всегда снимал кино «для друзей». Его работы, представленные на «Потапов-фесте», удивляют своей непохожестью. Кажется, что их создавали разные люди.

Щемяще-тяжелый фильм «Дыши» сочетает отстраненно-холодное изображение чернушно-серой русской действительности и философские рассуждения о жизни. Главный герой Нюргун тонет в тяжелом быте и тотальном отсутствии счастья и любви. Его жизнь кажется сплошной неудачей. Нюргуна не любят ни жена, ни любовница, ни собственные дети, даже повеситься у него не получается («Вешайся, чмо!» — глядя на отца с петлей на шее, бросает сын). Однако Нюргун сохраняет какой-то по-детски непосредственный взгляд на мир. Возможно, потому на протяжении всего фильма его сопровождает спасение в лице детей. И потому в финале зрителя ждет неожиданная надежда. Антагонист главного героя, добрый полусумасшедший парень, весь фильм движется к тому, чтобы умереть, и его душой будет дышать новорожденная дочь Нюргуна, которая и принесет в этот мир счастье. Плачь, страдай, дыши — живи. Как выясняет Нюргун, дышать, а значит жить (не равно «существовать»), совсем не просто.

Сергей Потапов перед показом фильма «Дыши».
Фото — архив фестиваля.

Совсем в иную атмосферу нас погружают «Подснежники» — добрый и нежный фильм о дружбе охранника Гоши и больного раком мальчика Эмиля. Иронично-мягко созданная по всем канонам мелодрамы история оказывается предновогодней мистерией о чуде и силе любви.

Несмотря на кардинальные различия, оба фильма связывает детский взгляд взрослого человека на жизнь (в обоих фильмах присутствует трио — ребенок, взрослый и представитель старшего поколения) и содействие неких высших сил.

Наибольшее внимание материям нечеловеческого мира уделяется в фильмах «Дойду» и «Бог Дьёсёгёй». В центре «Дойду» писатель, то есть человек, создающий произведение искусства, — слуга двух господ. Он пытается противостоять искушающему его бесу, а тот просит и написать что-нибудь о нем, и спасти душу погибшего сына. А в «Боге Дьёсёгёе» главным героем оказывается сам Дьёсёгёй, спустившийся в мир людей на праздник. За время празднования успевает совершиться сакральный цикл жизни, смерти и начало новой жизни.

Показ фильма «Бог Дьёсёгёй».
Фото — архив фестиваля.

Совсем иного Потапова-режиссера мы видим в спектаклях. Место тарантиновской «жести» и тягучих монологов занимают провокация и постмодернистские ребусы, но превалирует мистицизм.

Наиболее близким к национальной аутентичности оказался спектакль якутского Театра коренных малочисленных народов Севера «Гулун» — «Хуума». Он построен на бесконечном природном и жизненном цикле. К человеческой жизни Потапов подходит с шаманским всепринятием. Смерть — начало. Бежавший русский каторжник (Алгыс Николаев) умирает на земле эвенков и остается незахороненным. Мир духов, активно действующий на сцене в одном пространстве с людьми, не принимает мертвого русского, но старик (Климент Черемкин), ввиду своего возраста уже слышащий дыхание сил и плач земли, решает не бросать тело, а похоронить его по своим традициям. Бойкий молодой якут (Айаал Мочкин), влюбленный в немую эвенку (Вилена Слепцова), бросает поиски Земли духов и отправляется на Большую землю, однако не выдерживает, совершает убийство и повторяет судьбу мертвого русского. Бежав из заключения, он вновь встречает своих знакомых и в отчаянии убивает себя: что это за мир, в котором нет ни единого шанса исправить свою жизнь? Однако северная мудрость дает человеку успокоение: ребенок, который должен родиться у немой эвенки, и станет шансом на исправление, на новую, совсем иную жизнь замученной души. Каждый имеет шанс на прощение.

Сцена из спектакля «Хуума».
Фото — архив фестиваля.

Герои находятся где-то между Хуумой, местом жизни, и миром теней — и потому постоянно оказываются на грани жизни и смерти, правды и иллюзии, наваждения в различных вариациях. Духи беспрестанно присутствуют в срединном мире, потому каждый эпизод сопровождается национальным круговым танцем сээдьэ. Сергей Потапов создает картину глобальной гармонии между человеком, духами и природой, и верх этой гармонии — в танце.

Шаманизм, работу с высшими силами Потапов включает и в спектакли, поставленные в других театрах. «Зойкина квартира» Псковского театра драмы им. А. С. Пушкина в интерпретации Потапова представлена, с одной стороны, как детективная история. Криминал, бордель, убийства и подпольные группировки — остросюжетность и верность тарантиновскому духу. С другой же стороны, происходящее на сцене — метафизика, история о войне светлых и темных сил, попытка возвращения рая или попытка создать рай в аду. История псковской Зои отдаленно напоминает сюжеты «Мастера и Маргариты» и «Фауста». «Мифическая личность», прописанная в квартире Зои, явлена конкретным персонажем и оказывается решающей во всех ключевых моментах: Зоя, дабы спасти свою квартиру, заключает договор с мифической личностью (аллюзия на Фауста и Мефистофеля). И мифическая личность действительно может быть только из преисподней, такой ад она приносит в реальный мир. Этот же Зойкин Мефистофель расстреливает всех героев и утаскивает Зою за врата ада, потому что не этот мир и не этот суд будут судить ее.

Сцена из спектакля «Та, которую не ждали».
Фото — архив фестиваля.

Сама Зоя (Кристина Кузьмина) — нечто среднее между подростком-бунтарем из Нетфликса и воительницей-Маргаритой. Она бесстрашно вступает в отношения с демоническими силами ради спасения себя и Обольянинова (Камиль Хардин), наркотически потерявшего какое-либо понимание происходящего. К графу Зоя относится больше как к ребенку, чем как к возлюбленному.

На сцене — постапокалипсис, постоянное предчувствие трагедии, несмотря на то что жульническое обаяние Аметистова (Максим Плеханов) и его заразительная энергия дают призрачную надежду: афера удастся, эти персонажи, сложные, неидеальные, но все равно вызывающие сочувствие, смогут спастись. Взлететь не получается ни у кого. Сколько бы Алла Вадимовна (Ксения Чехова) ни махала крыльями-тканями, ангел в латексном костюме на пилоне не поднимется в небо, а Херувим (Александр Овчаренко) не перестанет быть похожим на серийного маньяка с золотыми зубами. В отличие от фильмов, здесь Потапов суров и непреклонен: чуда не будет.

Сцена из спектакля «Зойкина квартира».
Фото — архив фестиваля.

К каждому театру, в котором он ставит, режиссер ищет подход, ловко соединяя местные традиции и собственную эстетику. Спектакль «Та, которую не ждали» Альметьевского татарского драматического театра созвучен по приемам с «Зойкиной квартирой», но обладает иной интонацией. Темная роковая сила здесь не пугает, а скорее завораживает и приводит к справедливому и счастливому равновесию. Мысль о смерти как пособнице жизни созвучна народным представлениям. А в лице Мадины Гайнуллиной она к тому же притягательна: актрисе удается наполнить образ смерти объемным содержанием, ее странница из другого мира — фигура практически трагическая, стойко несущая свой крест.

Отдельно на фестивале была представлена музыкально-танцевальная культура Якутии. Концертом Валентины Романовой-Чыскыырай «Женщина — Sakha» и концертом песни и танца Якутии «Моя любимая Родина. Пробуждение». Калейдоскоп якутской культуры — в концерте театра «Гулун», причудливое сочетание национальных традиций исполнения с джазом — в концерте Валентины Романовой-Чыскыырай.

Концерт Валентины Чыскыырай.
Фото — архив фестиваля.

Главной идеей фестиваля стало желание показать самобытность народов на территории России на примере творчества Сергея Потапова — всегда разного, сочетающего в своем творчестве разнохарактерные вещи и, может быть, потому удачно работающего с самыми разными национальными театрами. Особенность Сергея Потапова в том, что он не насилует национальные труппы европеизацией, а находит ключи для сохранения самобытной культуры и обогащения ее тем, что театр исторически успел наработать. Стык культур порождает новые и интересные явления театра.

Подобные фестивали — выход из возможной стагнации, это взаимообмен, синтез, при этом — сохранение многовековых традиций, использование архетипического пласта для того или иного национального театра как возможность дальнейшего развития.

Источник: «Петербургский театральный журнал»

Дата публикации: 9 декабря 2021

20 апреля 2024
11:00
суббота

Notice: Undefined variable: afisha in /var/www/drampush/data/www/drampush.ru/use/afisha_today.php on line 32
20 апреля 2024
15:00
суббота
21 апреля 2024
13:00
воскресенье
21 апреля 2024
19:00
воскресенье
12+

«Соседи»

Большая сцена
21 апреля 2024
19:00
воскресенье
12+

«Случайный вальс»

Замена спектакля «Говорит Москва»
Новый зал