Блог «Театральная вешалка» о спектакле Антона Федорова «Морфий»

Театральный блогер Георгий Цицишвили посмотрел спектакль в Псковском театре драмы.

Я на Балтийском вокзале, ко мне подходит девушка: «Вы Георгий? А вы не на "Морфий"? Ой, и я!»

Сажусь в вагон, сзади три девушки.
«Георгий? А вы не на "Морфий"? И мы!»
Захожу в зал, и раз 70 говорили «добрый вечер». Треть зала – участники моих проектов в Москве и Петербурге.

Для «провинциального» театра это несомненная победа, когда к тебе едут на машинах и поездах, ради спектакля.
Что же такого в этой постановке? Скажу, что на мой взгляд, это один из лучших спектаклей Федорова. «Чувак», «Котлован», «Шинель», теперь «Морфий». Я продолжаю считать, что спектакли Антона в малой форме намного состоятельнее, чем в больших залах. Не теряется интимность между артистами и залом. Хрупкость и уязвимость героев.

Я смотрел спектакль и думал: «Опять актеры, словно мультгерои, марионетки, куклы, и опять работает!» А арт-директор театра Андрей Львович сказал, что он видел первый спектакль Антона в 2015 году, театра Стерлитамака, и уже там был этот прием! А работает потому, что отлично демонстрирует внутренний хаос даже самого внешне спокойного героя.

Я думаю, что многим из вас знакомо понятие внутреннего тремора, когда снаружи ты сам покой, а внутри тебя колотит, незаметно для окружающих. 
В спектакле есть Доктор и Поляков, они разделены, кажется, что это две части одного целого, круговерть бесконечного ужаса и умирания, но по задумке это два разных персонажа. Два человека, в двух ситуациях, которые очно и незримо ведут диалог друг с другом.

В спектакле нет революции и не показан тот самый «народ», что засовывает в промежность беременной Сахар, чтобы выманить плод, и пять дней не везет ребенка с дефтирийным крупом к врачу. Федоров сосредотачивается только на героях. В отличие от Балабанова и его «Морфия», который, оказалось, Антон очень не любит. Может ли Доктор выжить в окружении такого народа? Да, ведь он берет на себя ответственность как личность и большой человек. 

И самый большой страх доктора в конце обернется лишь будничным делом, хоть и на фоне дикой усталости. Спектакль внезапно пошлет в конце сигнал оптимизма, словно нарушая правила игры. Еще когда зрители только заходят в зал, герои спят в гробу. В конце спектакля гроб разбирают и уносят. А тремор уходит. Жизнь победит!

Наталья Петрова, какая блестящая роль!

До скорой встречи в Петербурге с «Морфием» и «Ревизором».

Источник: Театральная вешалка