Курс Актерское искусство Российский государственный институт сценических искусств
Наш тег в соцсетях: #drampush

Постисторическая «Каштанка» в городе П.: как Пересильд вильнула Чеховым

Напрасно Юлия Пересильд предупреждала псковичей перед премьерой своей «Каштанки»: «Если что, вы Герасима там не ищите. Его нет». Они нашли.

Тот мальчик со своим «а где Герасим?», как за кулисы глядел.

«Понятно», кто «настоящий режиссёр «Каштанки», - написали потом заядлые псковские театралы в своих «фейсбуках», наблюдая рядом с Юлией Учителя – Алексея Учителя, который маячил у неё за спиной и на репетициях, и на премьере.

Тем более, что одетая в костюм главной героини спектакля и с каштановой пудрой в волосах Mrs. режиссёр, кажется, и сама разыгралась на премьере в «хрестоматийную дворняжку», которая обрела своего господина Жоржа или, наоборот, сбежала от него.


Фото Андрея Кокшарова.

Вспомнить всё

Впрочем, на роль Жоржа, как оказалось, претендует совсем другой человек.

Подготавливая почтеннейшую псковскую публику к просмотру премьеры, руководитель Театрально-концертной дирекции Дмитрий Месхиев устроил на сцене своё представление:

«Помните «Каштанку» Чехова? Точно? – строго спросил он у сидящих в зале. - Потому что, если вы не помните Каштанку, вы ничего не поймёте. Вы читали либретто?»

«Читали, читали!» - послышалось со всех сторон, но Дмитрий Дмитриевич всё равно счёл своим долгом зачесть «либретто» заново:

«Ко мне пришла одна девочка на пробу. Молоденькая, - начал он тоном Бояна бо вещего. - С вытаращенными глазами, ужасно боявшаяся. Я её пробовал несколько раз, очень долго сомневался, мы с ней долго разговаривали про жизнь, я ещё был к ней добрый, потому что ещё её не снимал…»


Дмитрий Месхиев. Скриншот фестивального видеодневника.

Ну вылитый M-r Жорж.

«…И один из факторов, толкнувших меня на это - то, что она из Пскова… Я подумал: она же хорошая очень, интересная и она, вроде, талантливая, да ещё и из Пскова – надо взять».

«И взял. Потом я увидел, что из неё может получиться большая артистка, и стал её учить жизни и работе и это для неё был ад, наверное…»

(У Чехова чуть по-другому, но близко к тексту Месхиева: «Пора нам, Тетка, делом заняться. Довольно тебе бить баклуши.  Я  хочу из тебя артистку сделать... Ты хочешь быть артисткой?» «Талант! Талант! - говорил он. - Несомненный талант!  Ты  положительно будешь иметь успех!»)

- Вот она там сейчас смеётся за кулисами, - продолжал Дмитрий Дмитриевич. И точно, за боковыми кулисами кто-то заржал голосом Элиза Дулиттл в пору её переживаний из-за тётки. Но не той Тётки, которая в «Каштанке», а той, у которой шляпку спёрли. Ой.


Фото Андрея Кокшарова, drampush.ru, с репетиции спектакля.

Не за страх

Как выяснилось, накануне премьеры, которая открыла XXV Пушкинский театральный фестиваль, состоялась ещё одна премьера «Каштанки» - не такая громкая. Но её эхо долетело до тех, кто толпился в фойе перед фестивальной:

«балаган», «сенинщина», «сказали: хорошо, что быстро».


Фото Андрея Кокшарова, drampush.ru

Похоже на то, что эта премьера перед ПРЕМЬЕРОЙ провалилась. Как объясняли потом очевидцы, супротив фестивальной она получилась как плотник супротив столяра.


Фото Андрея Кокшарова, drampush.ru

А почему – неясно. Вроде как публика в тот, первый вечер, подобралась на редкость скептичная (шу-шу-шу да шу-шу-шу). Актёры, дескать, перепугались.

Да ладно. Я специально на открытие Пушкинского театрального села в первый ряд и сощурилась, приуготовившись увидеть повествование про «трудную судьбу девушки, отказывающейся от мечты, предающей свой талант ради принятых в обществе правил и превратно понятого чувства долга».


Фото Андрея Кокшарова, drampush.ru

Не сработало. Не такие уж они и пугливые эти актёры из «Каштанки». И девушка оказалась совсем не такой, как в анонсах.

«Динамо» бежит? Все бегут

«Сенинщина», говорите? Ни в одном глазу. Хотя Василий Сенин в своё время тоже замахнулся на что-то похожее – с фотографиями псковских заборов. «Про трудную судьбу творческого человека», которому суждено похоронить свою мечту в этих провинциальных хрущобах.

И тоже по Чехову - как «разговор «о жизни в провинции» - якобы «без снисхождения, без пафоса».

Но вместо того, чтоб «поговорить начистоту», сам удрал прямо с псковских подмостков, как чеховская Каштанка, оставив нам добротный спектакль «Ионыч» ни о чём, потому что если это о псковских реалиях, как было обещано, то под таким густым слоем нафталина их всё равно не разглядеть.

«Каштанка» Юлии Пересильд не такая.

Впрочем, её же сравнивают не с «Ионычем» Василия Сенина, а, разумеется, с «Графом Нулиным», который и вышел в «нуль». Сравнивают чисто формально – по обилию атрибутов, которые как бы не имеют ничего общего с «классикой».


Фото Андрея Кокшарова, drampush.ru

Однако Юлия Пересильд наматывает на огромную катушку для кабеля совсем другую историю. Со счастливым концом.


Фото Андрея Кокшарова, drampush.ru

«Нет, так жить невозможно! Нужно застрелиться!», «в Москву, в Москву», - дежурно приговаривают её герои. А по самим видно, что им всё происходящее только в кайф.

Не потому ли на премьеру явилась и другая «Каштанка» - сбежавшая Золушка, она же бывшая псковская актриса Ангелина Аладова из недавнего клипаШнура.

Каким у нас тут лаком и клейстером, интересно, так зазывно намазано.

Влюблены по собственному желанию

Замечали, в голливудском кино есть такой специальный жанр – про то, как герой из глубинки стремится к своей американской мечте и вот уже почти, почти, а потом – бац! – понимает, что ему и так хорошо и что его простая безыскусная жизнь маленького человека в сто раз лучше, чем жизнь банкира с Уолл-стрит или звезды Бродвея.

Советское кино ярче всего разыграло тему чеховской «Каштанки» в фильме «Влюблён по собственному желанию».

«Каштанка» Юлии Пересильд как бы тоже про это. Ну… Про то, как звезду театра и кино позвала к себе её малая родина и даже гонорара не заплатила, а скормила кусочек мяса да и вытянула за ниточку из желудка.

А потом ещё к тому же дала «нюхнуть табаку» в комментариях под новостями на ПЛН)))

Федюнька разыгрался, да. «Абсолютное воплощение «Стокгольмского синдрома». Вот это вот всё.

Казалось бы.

А на самом деле в этом спектакле есть ещё один – «посткультурный слой», как написано на занавесе этого спектакля, который представляет из себя фотографию ближайшего забора.


Фото Андрея Кокшарова, drampush.ru

Юлия Пересильд, наверное, сама того не ведая, уловила нечто новое в умонастроении псковичей, которых в этом городе с недавних пор держит не «стокгольмский синдром», а соображения иного, высшего, порядка.

Мы не просто по привычке тащимся за людьми со скандинавскими палками, от которых пахнет «клеем и лаком», мы за ними вприпрыжку. Высунув язык. Повизгивая от удовольствия.

Так что публика на премьеру Юлии Пересильд пришла подготовленная - радостно ахнувшая на занавес с надписью «посткультурный слой».

Мы же теперь не как все каштанки, а каштанки, выдрессированные фотографиями ставшего нашим земляком Дмитрия Маркова.


Фотография Дмитрия Маркова. Чем не Жорж с Хавроньей?

Мы только что мы наш, мы новый «Пост-исторический город П.» себе в социальных сетях построили, в котором хочется жить.

Потому что здесь каждый нищий с клюкой – это тайный блюзмен-виртуоз, и снится нам, псковским каштанкам, не трава-трава у дома, а рокот космодрома.


Фотография из антипутеводителя по "Пост-историческому городу П."

Со Пскова мы говорящую собачку посмотреть

Спокойно. «Спектакль вовсе не заумный», как правильно сказал помощник художественного руководителя Псковского театра драмы по репертуарной политике Андрей Пронин.

А весёлый и очень талантливый, хоть там и «не всё так весело, как смешно».

Разумеется, внимательный зритель усмотрит там много чего. Например, как Каштанка выходит из гоголевской шинели.


Сцена из спектакля. Скриншот фестивального видеодневника.

Чуть более пристальный взгляд – и вот уже критики признали в Жорже продюсера-кокаинщика, который неспроста, конечно же, надолго склонился над раковиной спиной к зрителям, а потом размашисто вытирает сопли.


Фото Андрея Кокшарова, drampush.ru

Да и то правда, с чего это Жорж во второй части спектакля стал таким свирепым. Ему не идёт. Не иначе чего-нибудь курнул.

Современник Антона Павловича Чехова критик Михаил Меньшиков очень бы удивился, как такой спектакль может кому-то не понравиться. Говоря его словами 1896-го года, это шикарный шанс побыть хоть немного «в периоде метампсихоза Ив(аном) Ив(анычем), Фед(ором) Тим(офеичем), Теткой, заказчиками и пр.».


Фото Андрея Кокшарова, drampush.ru

«Иначе трудно объяснить психологическую верность этой работы!».

Потому что прекрасна непосредственная игривая Ксения Тишкова в роли говорящей собачки из Пскова («училась она очень охотно и была довольна своими успехами»).  


Ксения Тишкова в роли Каштанки. Скриншот фестивального видеодневника.

Потому что «Ионыч» Максим Плеханов наконец-то не переборщил ни на вот столечко в роли гуся Иван Иваныча.  


Фото Андрея Кокшарова, drampush.ru, с репетиции спектакля.

Потому что мастерски попал в образ прекраснодушного Жоржа Андрей Ярославлев из «Солдатиков» (конечно, пока не «подсел» во второй части спектакля на «кокаин»))) 

Потому что бесподобна актриса Наталья Петрова в образе садо-мазо-Хавроньи.

И потому что режиссёр придумала для каждой мизансцены интереснейшие ходы-выходы и покатушки. 


Фото Андрея Кокшарова, drampush.ru, с репетиции спектакля.

С широко закрытыми глазами и далеко высунутым языком 

Музыка - фу, звук – фу, песни – какие-то нескладушки, уже ругаются псковские зрители из тех, кто на спектакле не был, а судит по роликам в сети. А беспощадные псковские критики уже все как один начали наперебой по-меньшиковски «душевно благодарить» Юлию Пересильд за «Каштанку» как за нечаянную радость.


Фото Андрея Кокшарова, drampush.ru, с репетиции спектакля.

И я скажу. Наконец-то и в нашей Каперне расцвела хоть одна сказка о том, как читать классику без предубеждения. А если и с оглядкой на авторитеты – то исподтишка, с хитрым прищуром и басовитым ржанием из-за боковых кулис.

А для этого всего-то и надо было -  «выйти в лес  - прикинуться деревом» (это из стихотворения, которое прочла перед премьерой Юлия Пересильд).


Юлия Пересильд. Скриншот фестивального видеодневника.

И конечно, убежать из-под софитов, где «одни только лица, лица, лица и больше ничего» в полумрак нашего «Пост-исторического города П.».

С битыми фонарями в туристском кластере и «литрами» в каждой подворотне, где всякую минуту поневоле задумываешься: «то ли чай пойти выпить, то ли повеситься», то ли Герасима поискать… То ли продолжать усиленно готовиться к высадке инопланетян и второму пришествию Зигмунда Фрейда:


Фото Андрея Кокшарова, drampush.ru

-Аха-аха-аха-аха-аха-аха!

Ольга Миронович. 



Источник: Сетевое издание «МК в Пскове»
Дата публикации: 12 февраля 2018