Курс Актерское искусство Российский государственный институт сценических искусств
Наш тег в соцсетях: #drampush

Идеальная работа

Актеры драмтеатра заставили плакать псковских зрителей

Давно такого не было: зрители после премьеры в театре драмы стоя аплодируют артистам, украдкой вытирая слезы. Хотя постановщик Александр Кладько основательно рисковал, создавая антивоенный спектакль в городе, где практически каждый житель знает, в какие командировки летели самолеты с десантниками, а комдив баллотируется в депутаты.
 
«Война, братцы! Война…» - вылетает на сцену житель Усвят Давыдка в разгар покосного праздника. Мужики уже одолели первые «непроворотные травы» (хватит и колхозной скотине, и собственной, да еще запас останется). Бабы нанесли снеди в общую кучу. А Давыдку отправили гонцом в сельпо, требуется смочить начатое дело. Не с бутылками возвращается посланник, а как всадник Апокалипсиса, приносит черную весть в разгар веселья с частушками и плясками. Торжество жизни сменяется плясками недалекой смерти, гармошку заглушает набат.
 
Егорий под подушкой
 
Повесть «Усвятские шлемоносцы», поставленную на псковской сцене худруком театра Александром Кладько, написал в 1977 году Евгений Носов. Повесть была экранизирована и не раз ставилась на сцене, в том числе тем же Кладько на сцене закрытого города Сарова.
 
- Считаю эту повесть очень современной. Там есть тексты, которые не потеряли свою актуальность до сих пор, хотя прошло уже 70 лет. Мы попытались максимально подробно, насколько это возможно, погрузиться в тот мир, в котором живут персонажи. А это не только война, - рассказывал перед премьерой в Пскове Александр Кладько.
 
К Псковской области Усвяты Носова имеют весьма туманное отношение. «Куда текла-бежала  Остомля-река, далеко ли от края России стояли его Усвяты и досягаем ли вообще предел Русской земли, толком он не знал, да, поди, и сам Прошка-председатель тоже того не ведал», - так родная земля представляется главному герою Касьяну.


Театр - искусство условное, но водой на сцене Касьян плещется настоящей.

 
Он вынужден оторваться от корней и в строю однополчан отправиться на фронт. Боевых действий на сцене нет, весь спектакль – тягостное ожидание повестки, мучительное прощание с родными и домом. Герои проходят путь от неприятия известия о войне (чуть не поколотили гонца Давыдку) до осознания того, что должны подобно дедам и отцам («николи со срамом не возвращались») защитить всех, кого любят: от ребенка, которого донашивает жена, до Остомли-реки. В такой острый момент оказывается, что в убогой хате деда Селивана, кормящегося по чужим дворам, хранится «Егорий» - Георгиевский крест за прошлую войну с немцем. Уж сколько раз он отказывался его продать, даже в годы голода не обменял на пшеницу. Сквозь лишения пронес солдатскую гордость.


В сундуке у деда Селивана оказывается Георгиевский крест.


Старик открывает мужикам премудрость. Они не просто Касьян, Алешка или Никола. Касьян, например, оказывается, по книжному «шлемоносец», и древние полководцы гордились этим именем, стремились дать его детям. И у всех имена оборачиваются военной выправкой. Собственное имя вызывает в каждом чувство предрешенности перед исполнением долга.

Пуповинка

 
- Надо знать свои корни, надо гордиться своим языком, своей историей. И в повести всё это есть. И сделано это всё очень тонко, не нарочито, с любовью к тем людям, о которых Носов писал, потому что он сам был из этой среды. Нам важна была жизнь этих людей до и после, - пояснял до постановки Александр Кладько.
 
А вот художник по костюмам явно не «из этой среды». Чем еще объяснить тот факт, что жители Усвят в июле (!) разгуливают в шерстяных носках. Все до единого. Только до мозга костей городской житель может позволить себе такой лубок и клюкву. Однако подобные ляпы кажутся сущими мелочами на фоне масштабного полотна, с успехом поставленного на псковской сцене. С любовью написано Носовым, с любовью инсценировано Кладько, с любовью сыграно нашими актерами. Особенной удачей стал подбор актеров на главные роли. Касьян – Алексей Пучков, Натаха – Ангелина Аладова. Хотя они и значительно младше своих персонажей, но на сцене не играют – живут. Идеальная работа. Полгода назад зрители уже видели эту пару в ролях Золушки и Принца. Дуэт сложился.
 
У зрителя не раз обрывалась во время спектакля душа, как пуповинка Касьяна (ее, завернутую в тряпицу, вручает мать уходящему на войну шлемоносцу). Смотришь на Натаху и представляешь, что ее ждет. Мужа убьют на фронте (недаром из дома его провожают как покойника), в деревню придут немцы. Больная свекровь оккупацию, скорее всего, не переживет. У Натахи уже двое маленьких детей, вот-вот должен родиться третий, которого она собирается назвать Касьяном – чтобы хотя бы слово дома осталось. Выживут ли они? 26,6 млн погибших в Великой Отечественной – эти цифры на оптимистичный лад не настраивают.

Натаха назовет ребенка, как ушедшего на войну отца.

 
Не надо думать, что «Усвятские шлемоносцы» - сплошная жуть. Юмора тут поровну с надрывом. Нашлось место простым, но эффектным приемам. Касьян плещется в ручье не условном, а к изумлению зрителей черпает воду из спрятанного в ткани ведра. Тень от самолетов с бомбами появляется сначала в небе над Касьяном, а потом самолеты летят над зрительным залом – потолок превращается в большой проектор. Роль каравая исполняет смотанный кусок материи, в процессе действа его перематывают в ребенка. Актеры в одну и ту же минуту играют мать и ее ребенка, мужика и его коня.

Театральные эффекты простенькие, но от того не менее выразительные.

 
Два премьерных показа состоялись 21 и 22 июня. Между ними – ночь годовщины войны. Зрители, в отличие от персонажей Носова, знают ответ на вопрос, «большая будет война али маленькая». Как привет из мирного будущего смотрится красный флаг на проводах мужиков. На нем пока нет слов об Идрицкой дивизии, превративших полотнище в Знамя Победы. Мы все-таки победим. А повторять совсем не хочется.

Фото Андрея Кокшарова (пресс-служба драмтеатра)

Юлия Шарипова
Источник: Электронная версия газеты «Псковская правда»