Курс Актерское искусство Российский государственный институт сценических искусств
Наш тег в соцсетях: #drampush

У кого шансов на счастье больше

 
С Екатериной Омецинской, театральным критиком, о новой постановке
Петербургский режиссер Олег Куликов осуществил в Псковском академическом театре драмы им. А.С. Пушкина постановку пьесы Аллы Соколовой «Фантазии Фарятьева».

В Петербурге Куликову, ныне активно работающему также в провинциальных российских театрах, довелось (и еще наверняка доведется) сотрудничать с театром «На Литейном», где он осуществил несколько постановок, и Молодежным театром на Фонтанке, где сезон назад его спектакль «Цена» по знаменитой пьесе Артура Миллера обратил на себя внимание критики. Именно в Молодежном театре десять лет назад в спектакле «Белая ночь» произошла творческая встреча этого режиссера с актером Андреем Шимко, относящимся сегодня к самым заметным драматическим артистам Северной столицы.


Обладающему редкой харизмой Шимко по плечу любые роли – от пустых прожигателей жизни до высоких героев, от реалистов до романтиков. Присущая актеру добродушная ироничность всегда работает «в плюс» к любой его роли, создавая эффект постоянного стороннего взгляда исполнителя на свой персонаж. Оттого и петербургские театры негласно соревнуются между собой в попытке залучить Шимко, входящего в труппу Молодежки, в свои спектакли: участие этого актера позитивно влияет на судьбу практически любого театрального проекта, будь то сцена Александринского театра, «Приюта комедианта», Камерного театра Малыщицкого, театра «Особняк» или театра «Комедианты». А роль Фарятьева и вовсе, кажется, для Шимко была уготована…

В псковской постановке, где Куликов выступил не только в роли режиссера, но и сценографа, равнение на уже ушедшую советскую эпоху очевидно: от обстановки в домах героев до их одеяний все подчинено незабвенным 70-м. Выдержать стиль визуально удается не всегда (и немудрено – чай, уже полвека прошло!), но атмосферное попадание во время налицо. При всей сложности и тонкости отношений, возникающих между героями спектакля Куликова, их беззаботность, погруженность в свои внутренние миры, их выпадение из бытовой, суетливой жизни узнаваемы, но сегодня  уже кажутся невероятными, вплоть до диагноза «Так не бывает!». Да, сегодня так не бывает. Но именно сегодня космические масштабы приобретает НЕЖЕЛАНИЕ понять человека рядом, и тем важнее, значимее поднятая Куликовым тема о несхожести, невозможности сосуществования абсолютно разных по душевной организации людей, неожиданно сведенных судьбой.


То, что стоматолог Фарятьев и преподавательница музыки Шура, которую играет Мария Петрук, несовместимы, очевидным становится зрителю не сразу. Такова уж была воля драматурга, что на протяжении пьесы так и ждешь, что кто-то из героев громогласно заявит: «Все мы – прекрасные люди». И в спектакле Куликова сам Фарятьев, его тетушка (Галина Шукшанова), Шурочка (Мария Петрук), ее мать (Надежда Чепайкина), на первый взгляд,  хороши, чувствительны и интеллигентны. Внимательнее присмотреться к ним заставляет зрителя бунтующая «по возрасту» сестра Шуры, школьница Люба (Ксения Тишкова), становящаяся в постановке Куликова индикатором фантазии Павлика Фарятьева, размечтавшегося о любви.

Постепенно выясняется, что мать Шуры избалована и меркантильна, а ее старшая дочь, обожествленная Фарятьевым, не только недальновидна, но и слепа в своих чувствах к «невидимке» Бедхудову, день рождения которого ненароком свел главных героев.  И проблема тут не в малости городка, где все знают друг друга, а в том, что для Шуры этот город замкнул вселенную, как Бедхудов замкнул ее чувства, сделав слепой по отношению к Павлу Фарятьеву, к другим людям, к жизни. Любовь приземляет Шуру, словно парашют, а любовь Фарятьева воздушным шаром поднимает его в небо, приближающее мечты к реальности. 


Фарятьев-Шимко, воспаряющий в фантазиях над суетой жизни, не в силах скрыть свою открытость миру, свою ранимую искренность. В исполнении Шимко герой приобретает черты большого ребенка, которому неловко носить шляпу и модный свитер, но которому до сих пор нравится кататься на велосипеде. 

В умении расцвечивать, создавать иной, отличный от серой «бытовухи» мир тетушка Фарятьева от племянника не отстает. Нарочитая театральность, присутствующая в игре Шукшановой, лишь подчеркивает осознанность ее «странной», экзальтированной линии поведения, служащей ей защитой от обыденности, которая порой пугает. В наших силах придумать для себя мир, найдя себе в нем такое место, которое сможет радовать и защищать нас своим теплом от ударов судьбы. И шансов на счастье у покинутого в финале Шурой Фарятьева куда больше, чем у его былой возлюбленной, променявшей живое тепло мечты на искусственную красивость мифа о любви Бедхудова…
Источник: Электронная версия газеты «Псковская правда»